Гостайна и смерть журналиста

Таганская межрайонная прокуратура Москвы возбудила уголовное дело по факту доведения до самоубийства обозревателя Ивана Сафронова, который погиб при невыясненных обстоятельствах в пятницу 2 марта, пишет 6 марта "Коммерсант". Известно, что в последнее время он готовил публикацию о поставках российского оружия в страны Ближневосточного региона, которая могла вызвать крупный скандал.

5 марта следователь Таганской прокуратуры, разбирающийся в обстоятельствах гибели Ивана Сафронова, сообщил изданию, что результаты судебно-медицинской экспертизы тела журналиста должны быть готовы в среду 6 марта. Получив их, прокуратура примет решение возбуждать ли уголовное дело, а если возбуждать, то по какой статье – убийство или доведение до самоубийства.

Однако к вечеру 5 марта пресс-служба Моспрокуратуры сообщила, что дело уже возбуждено: "В ходе доследственной проверки появились данные о том, что гибель Сафронова могла стать следствием доведения до самоубийства". Как объяснили в прокуратуре, дело возбудили для того, чтобы иметь юридические основания для начала следственных действий: допросов, очных ставок, опознаний, выемок документов, в том числе получения доступа к детализации телефонных соединений погибшего. Однако это не означает, что следствие признало причиной гибели Ивана Сафронова самоубийство. "В процессе расследования дело может быть переквалифицировано на другую статью", – подчеркнули в прокуратуре.

Как пишет газета Daily Telegraph, несмотря на то что отставной полковник жил на третьем этаже, он выпал из окна пятого и разбился о козырек над подъездом. Звук падения тела Сафронова услышали две студентки: по их словам, он еще был жив. Девушки позвонили в скорую помощь, но им сказали перезвонить через полчаса, если человек не поднимется самостоятельно. К этому времени Иван Сафронов уже умер.

Между тем корреспонденты "Коммерсанта" уже провели некоторые следственные действия, которые только собирается предпринять прокуратура. Как уже сообщало издание, опрос родственников, соседей и сослуживцев показал, что никаких причин для самоубийства у Ивана Сафронова не было. До момента своей гибели он был практически здоров, в конфликты дома и на работе не вступал. Прояснить обстоятельства происшедшего могли телефонные переговоры, которые вел Иван Сафронов в последние часы своей жизни.

1 и 2 марта, в день смерти, он разговаривал по сотовому телефону совсем немного, причем звонили в основном ему. Последний абонент, которому позвонил сам Иван Сафронов, был его сын Иван, с которым он разговаривал еще утром 1 марта.

Заместитель главного редактора "Коммерсанта" Илья Булавинов не исключает, что смерть Ивана Сафронова могла быть насильственной и связана с его профессиональной деятельностью: "Исключать такую версию мы не можем, хотя прямых подтверждений у нас пока нет". Редакции известна лишь одна острая тема, которую разрабатывал в последнее время Иван Сафронов.

Перед отъездом в командировку в ОАЭ на международную выставку вооружений IDEX-2007 (она открылась 17 февраля) Иван Сафронов говорил, что будет проверять полученную им информацию о возможных новых поставках российского оружия в Ближневосточный регион. По его словам, речь шла о продаже партии истребителей Су-30 в Сирию и зенитных ракетных комплексов С-300В в Иран. Причем в обоих случаях, по его информации, поставки должны были идти через Белоруссию, чтобы Запад не обвинил Москву в вооружении стран-изгоев.

Однако рассказав коллегам об имевшейся у него информации по "Искандерам", Иван Сафронов сказал, что пока писать об этом он не будет, потому что его предупредили: в случае огласки будет большой международный скандал, а ФСБ обязательно возбудит уголовное дело по факту разглашения гостайны и "доведет его до конца". Кто именно предупреждал его о возможных проблемах, Иван Сафронов не уточнил.