На днях в двух столицах состоялась российская премьера фильма Андрея Некрасова "Бунт. Дело Литвиненко". Премьера была приурочена ко второй годовщине смерти главного героя фильма. Мы попросили автора картины ответить на несколько наших вопросов.
– Когда Вам пришла в голову идея снять фильм об Александре Литвиненко? Какие задачи Вы ставили перед собой, снимая фильм?
– Я живо интересуюсь политикой, но к Саше я пришел через искусство. Воображению режиссера, как и писателя, нужен герой, сильный, незаурядный характер. Я в то время писал еще и пьесу о взбунтовавшемся офицере спецслужб, и Саша стал прототипом этого персонажа. В роли Литвиненко мне видился замечательный Леша Девотченко. Увы, ставить спектакль по этой пьесе пришлось в Берлине, а не в России.
Политическое, общественное значение Литвиненко, конечно же, огромно. Дело в том, что многие сегодня говорят правильные вещи о необходимости демократии, о борьбе с коррупцией и т.п., но этого мало, в условиях циничного режима и инертного забитого населения. Убеждения, правду, приходится доносить на каких-то ракетах железной воли, самоотверженности и веры. Это было у Саши, и поэтому он, одиночка, сумел повлиять на мнение мира о положении дел в России, пусть и ценой своей жизни. И еще до смерти он повлиял на меня, так что я помог его голосу звучать и после его смерти.
– Как Вы думаете, могут ли Ваш фильм показать в российскому ТВ?
– Я верю, что он будет показан, как будет показано "Недоверие" о взрывах в Москве и другие фильмы. Пессимизм сродни безразличию, поэтому я оптимист. Мой первый игровой фильм был о Пастернаке и романе "Доктор Живаго". Когда я начинал писать сценарий, в 1987-м, мне все говорили, что никакая студия в России даже и не притронется к такой теме. Но в 1989-м я уже снимал "Пастернака" на Ленфильме. Мы уже забыли что "Российское nелевидение" было у нас источником свободного слова. Теперь РТР - источник вранья и манипуляции. У тех, кто этим занимается, нет ни стыда ни совести, но, видимо, нет и осознанания, что ничто не стоит на месте и что тайное всегда становится явным.
– С чем связано молчание в медийном пространстве в вопросе об убийстве Литвиненко, которое наблюдается в последнее время?
– Это убийство во многом уникально, и в некотором символическом смысле сродни взрывам 1999 года. Большинство понимает или чувствует, кто за этими злодеяниями стоит. А в техническом, криминологическом плане сейчас добавить собственно нечего. И вывести виновных на чистую воду не представляется возможным. Но в плане общественном, нравственном, историческом эти преступления незабываемы, и придет время, когда их осмысление сыграет решающую роль в жизни нашей страны.
– Верите ли Вы, что убийцы когда-либо будут названы?
– Верю, что будут, так как завеса вокруг заказчиков этого убийства держится из-за сегодняшнего режима страха и цензуры, который не вечен. Как только наступит новая оттепель, растает и стена за которой прячутся преступники.
– Так кто по-Вашему отравил Литвиненко?
Я из тех, кто не склонен обвинять, не имея в руках доказательств. Я знаю, что едва ли не лучшие в мире детективы и научные специалисты расследовали это дело в Британии. Они утверждают, что у них есть доказательства. Однако по закону они не имеют права обнародывать их до суда. Они не должны их предоставлять стране, от которой они требуют экстрадиции подозреваемого – что неправильно вменяется в вину Британии российской стороной (есть лишь процессуальный минимум информации, прилагаемый к требованию экстрадиции). Более того, британское политическое руководство было незаинтересовано в обострении ситуации вокруг убийства Литвиненко, и если бы у королевской прокуратуры была бы малейшая возможность не предъявлять обвинение, она бы его не предъявила. Судопроизводство в Британии независимо, насколько это человечески возможно. Если ты не виновен в деле, в котором тебя обвиняли, да еще в таком страшном, нет лучшего места в мире очистить свое имя, чем Лондон. Правда, если ты звено некой цепочки, притом не самое злонамеренное, то даже если бы ты и захотел в чем-то очиститься или в чем-то признаться, вряд ли бы тебя в этот Лондон кто-нибудь живым отпустил.
Вывод из вышесказанного каждый может сделать сам. Оставим юридическую сторону дела профессионалам, а нам следует предъявлять счет тем, кто мешает нам обсуждать общественное и моральное значение этого преступления, тем кто затыкал рот Саше. А это и власть, и ее лакеи в официальных СМИ. И я лично не уверен, что эти последние виноваты меньше первых.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
