В сентябре 2003 г., слоняясь по Страсбургу, я внезапно выхватил из несессера фотоаппарат и сделал снимок.
— Что там? — удивилась спутница, видя, что достопримечательностей вокруг никаких. Окраина.
— Не что, а кто... — рассеянно ответствовал я, подыскивая новый ракурс для съемки.
— Этот что ли — с гривой? — принялась уточнять спутница. — Кто такой?
— Весьма известный россиянин. Николаем Бенедиктовым зовут...
— Россиянин? Ты не попутал?! Будто из нашего "Меа Шеарим"* — засомневалась обладательница "семисвечника".**
— Согласен, но он почему-то отмыл отцовскую половинку от еврейства...
— Лучше бы разглядывал себя в зеркале на ночь... — бросила раздраженно спутница, даже не поинтересовавшись, кто такой.
— Зато из вечных... — вздохнул я, передумав щелкнуть еще раз.
Эпитет вспомнился, когда я просматривал запись диспута "Проханов против Венедиктова" с его скандальной прелюдией. Изумила неестественная выдержка жертвы. Всплыли ассоциации о "древнейшей профессии", алкогольной зависимости, деформирующей понятия добра и зла, прочее. Но, в конце концов, я заключил: титул "единственного аккредитованного режимом оппозиционера" требует устойчивости духа и незаурядной мимикрии. Рефлексий быть не может.
Между тем, в рамках общепринятого, напрашивался хотя бы санитарный перерыв. Травить зал алкогольными парами, да и самому мокнуть в зелье — сомнительная героика. Кроме того, назвать всемирно известную марку виски дешевой — неудачная шутка. Верно, напиток — малой выдержки, но, судя по реакции Венедиктова, знатока скотча с платиновой кредиткой, нам, плебеям, до него далеко...
Как бы там ни было, главный редактор "Эха Москвы", хоть и сподобивший идеологию антипутинизма в источник заколачивания денег, все же обретается в условном центре лагеря российских либералов. Так что сотворившийся с ним конфуз, как представляется, очередная акция устрашения режима, отторгающего любой протест, даже карманного свойства.
Стало быть, под огнем все прогрессисты как таковые, более того, просматриваются признаки формирования массового движения неоштурмовиков — хоть и под разными штандартами, но почему-то на редкость слаженных и информированных. Вот и скотч разбавили, должно быть, памятуя опыт с Навальным, где с дозировкой, не исключено, переборщили. Да и кара нападавшим на Илью Варламова до смешного мала, весьма похоже, будучи прописанной в контракте...
Автор не один раз переводил стрелки провокаций-эксцессов, случающихся в лагере антипутинистов, на Кремль. Да, я сознательно исключал всякого рода черносотенцев, коих в России тьма тьмущая, как самостоятельную силу. Как и, быть может, перебарщивал с упованием на законы логики — далеко не универсальное средство в постижении законов общественной активности. Таким образом, можно допустить, в большинстве подобных случаев заблуждался.
Если этот тезис верен, то есть черносотенное движение стихийно и не управляемо Кремлем, то путинократы допускают серьезную ошибку, рассчитывая руками охотнорядцев расправиться с внесистемной оппозицией, им ненавистной. Ибо расшатывание модуса вивенди путинизма — пресловутой стабильности — куда опаснее во многом символических усилий прогрессистов, с каждым днем все чаще выдавливаемых за границу. И авангард крымнашистов, возбужденный первой кровью, скоро примется громить сам режим, на их взгляд, половинчатый.
Так что по логике этой парадигмы, я бы на месте кремлевских установил бы посты полиции у всех редакций либеральных изданий, да и всех объектов, где теплится оппозиционная жизнь. Ну и, разумеется, объявил бы маргиналам войну, пока те басманное правосудие законами толпы не подменили.
* Меа Шеарим — район ультраортодоксальных евреев в Иерусалиме
** Семисвечник — символ, изображенный на израильском заграничном паспорте
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
