ТщательнЕе надо!

В прошлом материале о "воскрешении" Аркадия Бабченко я писал о претензиях некоторых наблюдателей к Украине в том, что она повела себя не цивилизованно. В Европе, понимаешь, не принято устраивать такие операции-мистификации, "ловлю на живца". Неэтично, мол. Оказалось, что таковы претензии не только отдельных журналистов, но в целом европейских институтов и ряда руководителей европейских стран. За прошедшие несколько дней подобные претензии высказали и многие вроде бы сторонники и даже друзья Аркадия Бабченко.

По следам этих претензий появился целый ряд публикаций, в которых авторы приводят примеры подобных операций, ловлю на живца, с целью выявить и обезопасить потенциальных киллеров. Классический здесь пример из литературы — напомнил ряд авторов, включая самого Аркадия Бабченко — это "погибший" во время схватки с профессором Мориарти Шерлок Холмс, что дало ему потом возможность ловить полковника Морана "на живца", то есть на самого себя. Бабченко пишет на своей странице в фейсбуке: "Вот Шерлока Холмса сейчас с говном-то сожрали бы за инсценировку своего убийства в Рейхенбахском водопаде, чтобы выявить и накрыть сеть профессора Мориарти. Удивительно на сорок втором году жизни узнавать, что, оказывается, такой метод ведения оперативных действий, как имитация, для такого гигантского количества людей является — ох, боже, шок, невероятное открытие!"

А оказывается, это элементарная и практиковавшаяся как минимум с 19-го века операция.

Элементарно, Ватсон!

Я думаю, со многими, высказавшими такого рода претензии, дурную шутку сыграл тот факт, что Бабченко — общественно значимое лицо и известие о его смерти вызвало большой резонанс. И еще больший резонанс вызвала новость о том, что его смерть была мистификацией — многие казались чуть ли не разочарованными и оскорбленными в своих лучших чувствах, которые они высказали Аркадию в некрологах. Мне эта история напомнила "Самоубийцу" Эрдмана, когда все были возмущены Подсекальниковым, который вдруг передумал стреляться, и посмел остаться в живых. А они же ему такие проводы-поминки устроили, такие прочувствованные речи говорили!

Если бы Аркадий был рядовым гражданином, никто бы на эту спецоперацию, кроме специалистов-криминалистов, и внимания не обратил. Так что же — СБУ должна была учитывать возможный резонанс в мире — в ущерб интересам расследования по выявлению исполнителей и заказчиков готовившегося убийства (а как утверждает СБУ, ряда убийств)? И рисковать ради подобной этичности жизнью журналиста?

Также много говорят о неправильном поведении Бабченко (заставил почти сутки страдать стольких людей!) и даже о нарушении им журналистской этики — врал, что умер, а журналист, даже во время спецоперации по спасению его жизни, разве может врать? Даже многие как бы друзья бросают ему такого рода упреки.

Первое. Об этике. Кстати, еще об эстетике почему-то забыли — а разве не ранил чувства эстетов вид Бабченко в луже крови?

Вселенское оскорбление тонко чувствующих и ранимых людей основано, прежде всего, на том, что они не могут до конца представить себя в роли человека, которому сообщили, что на него готовится покушение. А претензии к СБУ и проведенной ею операции — на том, что даже люди, сочувствующие Украине, не могут влезть в шкуру граждан, страна которых частично оккупирована, и в которой чуть не ежедневно гибнут люди, и даже не всегда — военные. Последний случай — гибель 28 мая — за день до "убийства" Бабченко — 15-летней школьницы Дарьи Казимировой из пригорода Торецка, убитой осколком снаряда прямо во дворе своего дома.

Тут мы возвращаемся к тому, о чем я писал в прошлом материале, сравнив ситуацию, в которой находится Украина, с также находящимся в состоянии перманентной войны Израилем, от которого Европа тоже требует этического обхождения с "мирными" палестинскими террористами.

Второе. О "вранье" Бабченко.

Кирилл Мартынов в "Новой газете" вспомнил в связи с этим даже философию Канта. Он (Мартынов, а не Кант) пишет: "Моральный долг, заявляет Кант, требует от вас сказать ему правду, несмотря на любые последствия". Вообще-то, у Канта не совсем так. Императив Канта требует от человека всегда поступать нравственно, как бы это ни отразилось на его благополучии. Нетрудно, мне кажется, понять, что "всегда говорить правду" и "всегда поступать нравственно" — это не совсем одно и то же, а во многих случаях совсем не одно и то же. Так, в конкретном случае с Бабченко, нравственно — это ввести преступников в заблуждение (соврать), чтобы предотвратить убийство. Или предотвращение убийства — это не нравственная задача?

Если же поступать в соответствии с императивом (Мартынова, а не Канта) "всегда говорить правду", из этого следует, что правду и только правду должны говорить все. Не только журналисты, но и правоохранительные органы и спецслужбы. Например, Шарапов, попав волею обстоятельств в логово "Черной кошки", должен был сразу честно представиться бандитам: я сотрудник МУРа Владимир Шарапов, приглашаю вас приехать завтра в магазин, где был убит сторож, чтобы у нас была возможность вас арестовать. Но вместо этого он почему-то начал им врать, что он уголовник, послан к ним Фоксом и т.д. — ну вы знаете. Что, разве нельзя было достичь того же результата — ареста банды — честным, не окольным путем? Очень неэтично поступил Шарапов и покрывавший его Жеглов.

Вспоминаю старую шутку на 16-й полосе "Литгазеты". Объявление по радио на железнодорожном вокзале: "Опасного рецидивиста Иванова просим зайти в Комнату матери и ребенка. Здесь вас ожидает инспектор уголовного розыска".

Что же до переживаний и страданий тонко ранимых... Я, например, тоже в ночь после сообщения об убийстве Бабченко полночи не спал, переживал, но когда выяснилось, что он жив, было только чувство радости, и никакой досады и тем более упреков в его адрес и в адрес украинских спецслужб за мои переживания не было. Уж как-нибудь переживу.

Главное — чтобы проведенная операция достигла той цели, ради которой затевалась.

И чтобы никого больше не убили.

Вадим Зайдман