Три дня в октябре

Москва кипит...

Вы думаете, я преувеличиваю? Нет. Просто это пока ещё самое начало кипения, когда много пузырьков, которые иногда поднимаются к поверхности воды, но пока ещё почти ничего не заметно. Такие пузырьки раскиданы по всей Москве. Вроде бы их ещё и не очень заметно, но некоторое бурление начинается. Чем оно кончится? Неизвестно.

18 октября участвовала в Метропикете. У 15-20 станций метро стояли одиночные пикеты в поддержку политзаключённых. Думаю, что были задействованы сотни людей. Я пошла к метро "Сокол". Когда идёшь на пикет, то понимаешь: там будут в основном знакомые люди. А тут почти никого знакомого. Люди разные, интересные. Подошёл поговорить полицейский чин (правда, в штатском). Долго говорили, спорили, не соглашались друг с другом. Но разговор шёл. Думала, постою с плакатом немного и уйду, но не смогла — интересно!

19 октября вставать рано утром. Или это называется поздно ночью?

В 6 часов прихожу на "Немцов мост". Издали видны две фигуры: длинная и худая — Алексея и небольшая Павла. Обязательно нужно хотя бы немного поговорить. Без этого редко что-то бывает. Общение на самом деле важно.

Алексей уходит. Павел остаётся, не хочет оставлять меня одну.

И потекло дежурство.

Солнце пообещало красивый восход. Оно блеснуло кончиками лучей по небосклону, и весь этот его порыв был задушен облаками. Красивого рассвета не получилось.

За всем этим вместе с нами наблюдал Алексей, он из Калуги. Ему интересен не только рассвет, а в первую очередь мемориал.

Он спрашивает:

— Что ещё будет в Москве?

Мы рассказываем про пикеты. Он уходит, но не прощается, ещё увидимся.

Мост ремонтируют... Заливают швы каким-то раствором и засыпают мелкими камнями. В воздухе разлит запах всего этого, и на мосту шумно.

Около мемориала останавливается мужчина. Он долго снимает мемориал. Потом подходит к нам. Он из Литвы. Привезли спектакль в Москву. С ним интересно: взгляд на нас со стороны. Причём с той стороны, где нас хорошо знают.

А тут приходит смена... Можно идти на пикет.

Пикет по-прежнему проходит на Пушкинской. Его организатор — Юрий Самодуров, но изменился формат пикета. Теперь Константин Котов уже осуждён, апелляция прошла. ...4 года... И Юрий требует отставки судей, которые выносят неправедные приговоры. Именно об этом плакат. Получится? Очень и очень не уверена, но надо же что-то делать. А потом, никто из нас не знает, где ждёт удача, за каким поворотом.

Поэтому будем стоять.

Подходит Эдуард Молчанов. Это здорово!

Приходит молодой парень — Олег. Он стоит в пикете в первый раз. Хорошо! Появляется молодёжь.

Можно было бы ещё пойти на Лубянку к ФСБ (там проходили пикеты против сфабрикованного дела "Сети"), но сил уже нет.

20 октября встаю утром и составляю список, куда можно пойти: 5 пунктов. Конечно, всюду не успеть. Начинаю с пикета на Пушкинской.

Там интересно. Юрий Самодуров рассказывает много интересного.

Замечаю, что люди стали больше обращать внимания на пикетчика и его плакат. Люди реагируют по-разному, но живая и непосредственная реакция есть.

Потом еду на Арбат. Там пикет, тот самый, который раньше назывался "Обмен всех на всех". Я заранее записалась постоять в пикете.

Там много знакомых. Люди приходят и хотят постоять, хотят выразить своё мнение.

Подходит женщина. У неё брат в Украине. Он опасается приезжать в Москву. Она говорит:

— Я ему пошлю фотографии, пусть не боится.

Мы долго разговариваем.

Какой выбрать плакат? Наверное, было бы правильно за Константина Котова? Или за украинцев, сидящих в наших тюрьмах? Но мне хочется что-то антивоенное. Антивоенные плакаты в последнее время почти совсем исчезли, а эта тема, как мне кажется, не перестаёт быть очень и очень актуальной. А потом, во многом это тема Кости. Нужно продолжать по возможности то, что он делал.

Хочу пойти ещё в одно место и уже иду, но... не получается — не судьба.

Вот такие были три дня.

А вода в большом-большом котле начинает закипать. Это пока почти не заметно. И к чему приведёт это закипание, не ясно. Но пузырьков всё больше и больше...

Карина Старостина