Не доживет и Бог...

Приходят американский, французский и русский президенты к Всевышнему.

Американский президент спрашивает у Бога: — Когда моя страна станет богатой и процветающей, где полностью будут соблюдаться права человека?

Бог: — Через 50 лет.

Американец вздохнул: — Жаль, я не доживу!

Французский президент спрашивает у Бога: — А когда моя страна станет богатой и процветающей, с полным соблюдением прав человека?

Бог: — Через 100 лет.

Француз вздохнул: — Жаль, я не доживу!

Русский президент: — Когда Россия станет богатой и процветающей, правовой страной?

Бог вздохнул: — До этого я не доживу!

Старый анекдот

Александр Хоц написал послесловие к нашей дискуссии, поэтому, по законам жанра, напишу свое послесловие и я, даже не послесловие, а резюме, постараюсь — максимально коротко, к чему жанр "резюме" обязывает.

Ну что, отрадно, что по существу приведенных мной аргументов автору возразить нечего. И мы имеем опять набор благих пожеланий и фантазий. В прошлой статье — что демократия после ухода Путина почему-то сама собой наступит после многолетнего Мордора, теперь — опять, что после ухода Пу все само собой пойдет по наиблагоприятному сценарию. Что имперцу Навальному, даже если он и захочет сохранить силой империю, будет не до того на постпутинских руинах, да и "ещё под давлением Запада, который постарается не повторять ошибок постсовка и не станет кормить российский народ (и его чекистов) гуманитаркой без всяких условий".

Ну, насчет Запада это бабка надвое сказала — а то мы не знаем, что такое этот высокоморальный Запад. Обрадовавшись уходу Путина, закидают Россию ножками Байдена и кредитами. Кроме того, сегодня известно, что накануне распада СССР страны Запада более всего боялись именно его распада и старались не допустить этого. Так же они будут бояться и распада России, можете не сомневаться. Хотя, скорее всего, этот распад, как и развал СССР, произойдет независимо от их хотелок — такова уж логика истории, и Путин, надо отдать ему должное, приложил все усилия, чтобы процесс ускорить и сделать крах империи неизбежным.

Но главное. Допустим даже, что Запад обставит Россию условиями, как волка — флажками, допустим невероятное — новый президент России, условный или безусловный Навальный, окажется на деле рафинированным демократом и приверженцем права, в том числе международного, и потому решит без всяких условий отдать Крым и поймет неизбежность третьего этапа распада империи и не станет сопротивляться объективному процессу. И тут мы подходим к самому главному. Дело-то не в Навальном — безусловном или условном. Как, по большому счету, дело было не в Путине.

Виталий Портников в недавней статье написал об этой проблеме: "Путин не из тех, кто идет напролом. Нет, он осторожен в своем наступлении, он продвигается ровно туда, куда ему дают продвинуться. Он изучает, какой будет мера ответственности. И если последствий никаких — идет дальше, все увереннее. Так было в России после его прихода к власти. Он внимательно наблюдал за тем, как общество будет реагировать на каждый его шаг, на фактическую узурпацию власти, на принятие безумных законов, на уничтожение независимых медиа — и когда оказалось, что реакции никакой, скрутил всех в бараний рог".

Это то, что постоянно пишу и я: только безнаказанность раз за разом побуждает Путина к всё новым и новым преступлениям — как внутри России, так и на международном уровне.

Главная проблема — в российском обществе, которое является питательной средой для возникновения путиных, так же, как болото является рассадником малярии.

Виктор Шендерович рассказывал, что в перестройку, когда в "Новом мире" массовым тиражом напечатали "Архипелаг ГУЛАГ" (плюс шел вал других исторических публикаций), он решил, что это открыло глаза обществу на преступную суть режима и сделало возвращение в прошлое невозможным. Оказалось, что вся эта страшная правда, ставшая достоянием гласности в перестройку и "лихие 90-е", для большей части общества в одно ухо влетела, в другое вылетела, и Сталин уже вскоре после прихода Путина на галеры стал, как ни в чем не бывало, занимать призовые места в опросах "Имя Россия".

Если даже после 15-летней свободы времен перестройки и 90-х, после всего исторического ликбеза в эти годы российское общество не захотело воспринять правду о своей страшной истории и осталось манкуртным, имперским, реваншистским, равнодушным к свободе, способным избрать шефа "руссише гестапо", организации, уничтожившей миллионы сограждан, президентом страны, то в каком состоянии оно окажется после многолетнего путинского Мордора? И даже если президент постпутинской России захочет немедленно отдать Крым, то у него будут большие проблемы с "общественным мнением" по этому поводу. И не только по этому, можете не сомневаться. А, как показывает исторический опыт новейшей эпохи, российские президенты предпочитают идти в фарватере общественного мнения, потакать самым низменным вкусам и инстинктам толпы, вместо того, чтобы образовывать и гуманизировать социум.

Именно российское общество станет наибольшим препятствием на пути к той самой демократической и "счастливой России будущего", которая видится Хоцу и другим российским либералам. При всех прочих благоприятных условиях — рафинированно демократическом президенте и правильной позиции Запада.

Честно говоря, искренне хотел бы присоединиться к оптимизму Александра Хоца, но не вижу, даже под микроскопом, никаких оснований для него. Боюсь, перспектива "счастливой России будущего" столь отдаленна, что до нее, как в анекдоте, приведенном в эпиграфе, не дожить и Всевышнему.

Почему-то всякая попытка построения демократии в России заканчивается, как тем автоматом Калашникова, очередным Путиным. Может, это и есть та самая национальная идея России, которую давно уже ищет Путин и все никак найти не может?

Дико извиняюсь за свой пессимизм, но правда от того, что она неприятна, не перестает быть правдой.

Вадим Зайдман